Возношу безграничную благодарность Милостивому Господу, который даровал "Рисале-и Нур" таких, как вы, ответственных распространителей и защитников и облегчил тяжёлый груз, находящийся на слабых плечах подобного мне немощного бедняги.

Братья мои, на этот раз удивительным образом я внезапно обнаружил в трех ваших письмах девять ценных братьев, которые были похожи на три Хулуси, три Сабри и три Хаккы.

Я очень обрадовался за Хаккы, зашивавшего в тюрьме мою одежду вместо отца нашего брата Абдуррхмана. Тогда я ощутил его серьёзное и истинное братство. Теперь же я увидел в нём ученика "Рисале-и Нур" гораздо большего, чем предполагал ранее.

Брат мой, Сабри! Ты не придаешь значения окутавшим и оцепившим меня тяжелым ограничениям. Между тем, как здешние мнительные мирские люди слишком сильно заняты мною и проявляют чрезмерное внимание. Даже... даже... даже... ну да ладно...

Ваши благосклонность и приписывание мне в тысячекратной степени большей значимости и положения можно принять только лишь от имени "Рисале-и Нур" в качестве его служителя и глашатая сокровищницы Корана. Иначе у меня нет права принимать это напрямую к своей ничего незначащей личности.

В удобное для вас время отправьте мне написанное Хафизом Тавфиком своим сияющим и усердствующим пером "Великое Знамение", занявшее в наших воспоминаниях весьма значительное положение. С тоской желаю взглянуть на эти записи, к которым за девять лет привыкли мои глаза, проявляя радость по отношению к ним.