Сломав дверь, ворвались к человеку, который после оправдания три с половиной года уединенно проживает на чужбине в Эмирдаге, и снаружи, и изнутри на засов закрывает дверь и, если нет важных дел, не принимает даже одного из ста, оставив уже двадцать лет продолжаемое написание, несмотря на то, что он не интересуется мирской политикой, обыскали, но ничего не нашли, кроме его арабских молитв и двух табличек. Причинение этого мучения является настолько незаконным, что это поймет обладающий даже частицей разума.