Вместе с поздравлением с Лейле-и ашере объясняем вам два карамата Света. Итак, в эти дни различные обстоятельства, особенно развитие Света с печатной машинкой, привели в растерянность наших скрытых врагов-безбожников. Одно маленькое, но душераздирающее, становящееся причиной многочисленных сомнений и клеветы деяние, совершили через бедного и неразумного человека, и здесь, прямо возле дома одного самого важного, выполняющего самые необходимые обязанности, ученика Света, тот бедный человек был ранен четырьмя выстрелами. Доктор говорит: "Смерть неизбежна". Несмотря на то, что у этого раненного человека, выступившего истцом, имелось много официально и неофициально поддерживающих его сторонников, и с девяностопроцентной вероятностью имелась вина того важного ученика, и с девяносто-процентной вероятностью по этой причине все находящиеся в его доме письма и книги Света под предлогом обыска могли бы изъять и по этой причине меня и последователей Света связать с этой историей, а также очернить того ученика немыслимой клеветой, несмотря на то, что было столько причин, по тайне:
опять подоспело Божественное благоволение. Несмотря на то, что в того человека было совершено четыре выстрела в лицо в упор, он не умер. И по удивительному стечению обстоятельств не было
ни одного свидетеля. Не нашлось ни одной улики. А потерпевший ни в суде, ни отцу, ни брату, несмотря на то, что они его упорно спрашивали, кто в него стрелял, не сказал, то есть ему не было дано это сказать. Если бы он сказал, делающие из мухи слона лицемеры распространили бы удивительную клевету.
Аллах, с милостью и щедростью защитив Свет и последователей Света от этого события и взрыва бомбы, не дал причинить нам вреда. Мы пришли к твердому убеждению, что это является караматом Света.
И благодаря тому, что тот человек читал некоторую часть Света, благодаря этому карамату спас свою жизнь, с чувством полученного небольшого урока истины, в том тяжелом состоянии и своим упрямым характером, чтобы опять не нанести вред Свету, его рот был закрыт (ему было дано молчать). Ни суду, ни родным не дано было рассказать. Только один раз, придя ко мне и пообещав встать на правильный путь, от того, что неправильно поступил, получил пощечину (токат). Даже ученик Света, который мог подвергнуться клевете, вместе с его совершенной преданностью и искренностью, из-за его небольшого равнодушия, как мы поняли, получил одну милостивую пощечину.