Когда я с сожалением думал об уходе в Берзах покойного Хасана Фейзи и освобождении его места, его высоких преподавательских качествах и высоком научном уровне ведущих к Свету образованных людей, которые стали очень ярким примером для подражания, вдруг в том же духе я получил письмо от Хафиза Хасана из Дадая, который также является учителем и у которого есть два ученика Света, которых также зовут Хасанами, и, подобно этим двум Хасанам, ставшего причиной входа в круг Света для одного исключительного и самоотверженного учителя Ахмеда Фуада, от которого я уже три года не получал никаких писем и не знал его состояния и отношения к Свету. Я сказал: "Один учитель Хасан ушел, и вместо него пришел другой учитель Хасан и очень самоотверженный учитель Ахмед".
Одновременно с этим один Хасан из Болвадына, вернувшись из хаджа, пришел ко мне, вошел в круг Света, взял книги и начал освещать.
Спустя три-четыре часа ко мне пришел очень хороший врач из Эмирдага Хусрев и Фейзи. Хусрев сказал: "Есть школьный учитель по имени Абдуррахман (этот учитель служил Свету, как и Фейзи), который хочет стать учеником Света. Если вы его примите, мы дадим ему "Посох Мусы"". Я сказал: "Дайте".
И в тот же день я посмотрел письмо, поступившее от вышедшего из школьной среды и за короткое время много служившего, подобно покойному Хасану Фейзи, Мустафы Османа, частично давшего почет Кастамонскому лицею, а сейчас старающегося осветить университет, который в своем письме, упоминая закон об издательском деле, говорит, что для того, чтобы сообщениями о работе машинки Света не причинить вред Свету, необходимо соблюдать осторожность.
{В то время когда закон об издании не вмешивается в деятельность некоторых газет, которые публикуют основы коммунизма, безбожия и анархизма, как и почему он может вмешиваться в деятельность печатающей машинки, которая через "Зульфикар" и "Посох Мусы" очень действенно служит для сохранения фундамента родины и народа? Поистине, я удивлен. - примеч. авт.}
Я сказал: "Да вознесется бесконечная благодарность Всевышнему. Один учитель демобилизовался, и вместо него два Хасана и два Мустафы, три учителя, и один трудолюбивый учитель в кругу своей работы выполняют обязанности денизлийских героев. Итак, это положение указывает, что подобно тому, как ушел Хафиз Али, а на его место пришел Денизли и дал забыть боль разлуки, также ушел один Хасан Фейзи, и вместо него придет один университет и, иншааллах, даст позабыть боль.
Всем моим братьям салам.