Да вознесется безграничная благодарность Аллаху, что начала проявляться ожидаемая с давних пор помощь от ученых Коньи.
Да, "Рисале-и Нур" вышел из медресе, внутри знания открыл путь к истине. Основываясь на том, что настоящими хозяевами и сторонниками его являются имамы, воспитанники медресе, и от того, что город Конья с давних времен является ярким и постоянно работающим медресе всей Анатолии, и из письма Сабри я понял, что ученики того благословенного медресе начали становиться хозяевами "Рисале-и Нур", относится к нему как к своему имуществу и начали его изучать; здесь, приехав в место, расположенное рядом с Коньей, я, обрадовавшись всей душой, встречаю все навалившиеся на меня проблемы с отрадой и выдержкой.
В первую очередь я разделяю свой успех с очень уважаемым ценным хозяином благородного тафсира Ходжой Вехби Эфенди и
всеми учеными Коньи и его окрестностей, одобрившими "Рисале-и Нур" и показавшими связь, и включаю их в свои молитвы. И среди имен близких учеников упоминаю также имена тех личностей, которых знаю. Относительно духовного соучастия учеников "Рисале-и Нур" скажу, что, как они становятся соучастниками моих несовершенных успехов, так же становятся соучастниками всех успехов всех учеников; с уважением предайте им от меня салам. От того, что благословенные ученые Коньи, подобно героям Испарты, стали хозяевами "Рисале-и Нур", больше в жизни у меня не осталось ни одного беспокойства за обязанности Света. Вверяя благословенным сильным рукам "Рисале-и Нур", я со спокойной душой могу войти в свою могилу.
Во-вторых. Мустафа Осман, который за короткое время принес очень много пользы "Рисале-и Нур", и который является одним из близких учеников, подобно трудящимся уже десять лет в кругу "Рисале-и Нур", выразивший соболезнования братьям из Эмирдага по поводу случившегося пожара, повествуя о пожаре человеческого рода, написал очень красивое письмо. Одну часть его письма записываем в "Приложение" и "Сикке-и Гайби", потом копию отправим вам. С моей стороны ему и находящимся рядом с ним и выступающим в роли связников братьям из Кастамону и Инеболу передайте мои многочисленные саламы, и будет очень правильно, если ими, наподобие братьев г. Испарты и его окрестностей, будет записан сборник "Посох Мусы", а именно - теми, кто обладает красивым почерком и свободным временем. Эта обязанность Света, иншааллах, совершит в несколько раз больше работы, чем издательства.
В-третьих. Имеется большое служение для "Рисале-и Нур" со стороны Хафиза Эмина. В его деревне Кюре до произошедшего события он стараниями таких личностей, как Нури, Хаккы, Ихсан и покойный Муаллим Осман, войдя в положение медресе-и Нурия в ярком образе, трудился Свету. Иншааллах, он опять, по возможности, совершит это ценное служение. Хотя из-за прошедшего бедствия они были огорчены больше всех, только в ответ на это в большой победе "Рисале-и Нур" есть существенная доля той деревни и тех наших самоотверженных братьев.
Хафиз Эмин в своем письме говорит: "Я не смог забрать свои книги из суда. А к Вам они поступали или нет?".
Передавая от меня салам, вместе с этим напишите ему: "Как твои я не получил, так и ни одна из моих книг, направленных тебе в Стамбул, не попала в мои руки. И, особенно, имеющийся среди отправленных в Стамбул книг сборник под названием "Большая книга", в котором находилось более двадцати уроков. Несмотря на то, что я его долго искал, также не смог найти. В связи с тем, что "Рисале-и Нур" сам по себе распространяется и дает себя читать нуждающимся, Хафизу Эмину и нам дает заработать саваб; пусть Хафиз Эмин, как и я, будет доволен тем, что его книги находятся в других руках.
Всем женщинам и мужчинам деревни Кюре, имеющим хоть какую-то связь с "Рисале-и Нур", передаю салам. Сейчас, как и прежде, смотрю на Кюре, как на медресе-и Нурия. Особенно передаю салам Ихсану, Абдуллаху, Абдуррахману. В каком они состоянии? Иншааллах, их прежнее яркое служение продолжается. Как они доказали, что являются, подобно Абдуррахману, совершенными последователями, также и будут продолжать.
Всем братьям передаю салам, мы молимся за них.