Два постскриптума в качестве заключения к этой Десятой Теме
Двенадцать лет тому назад я услышал, что один самый коварный и упрямый безбожник проявил намерение совершить покушение против Корана путём его перевода и сказал, что "Пусть будет сделан перевод Корана, чтобы все узнали, что он из себя представляет". То есть он замыслил такой коварный план, чтобы все увидели "лишние" повторения, имеющиеся в Коране, и чтобы вместо него читался его перевод. Но неопровержимые доказательства "Рисале-и Нур" твёрдо обосновали, что точный перевод Корана невозможен, и другой язык, помимо арабского, не сможет сохранить особенности и тонкие смыслы Корана; и что примитивные и ограниченные человеческие переводы не смогут заменить чудотворные и содержательные выражения Коранических слов, каждая буква которых даёт от десяти до тысячи воздаяний, и эти переводы нельзя будет читать в мечетях вместо Корана.
Таким образом, своим повсеместным распространением "Рисале-и Нур" сорвал этот коварный план. Однако лицемеры, получившие урок у того безбожника, всё же в интересах дьявола как неразумные дети глупо и безумно приложили усилия для того чтобы, задувая, погасить солнце Корана, отчего мне в очень тяжёлом, гнетущем и томительном состоянии пришлось написать эту Десятую Тему. Из-за того, что я не имею возможности встречаться с другими, я не знаю, как обстоит этот вопрос на самом деле.
После нашего освобождения из тюрьмы города Денизли я поселился на верхнем этаже известного городского отеля. Передо мной в прекрасных садах, от прикосновения ветра очень нежно, приятно, самозабвенно и заманчиво качаясь, танцевали многочисленные тополя, их ветви и листья. Шелест этих тополей, из-за разлуки со своими братьями и моего одиночества, растрогал моё грустное и печальное сердце. Вдруг мне вспомнилась пора осени и зимы, и на меня нашло какое-то забытье. Мне стало настолько жаль эти радостно шелестящие шаловливые тополя и живые создания, что мои глаза наполнились слезами. От напоминания о смерти и разлуках, происходящих за украшенной завесой Вселенной, на мою голову свалились печали бесчисленных разлук и утрат. Но тут подоспел на помощь свет, принесённый Сутью Мухаммада (Хакикат-ы Мухаммадия) (Мир Ему и Благо), и обратил те многочисленные печали и уныния в радость и отраду. И даже за коснувшуюся лишь тогда в том состоянии (как относительно всех и каждого верующего человека, так и относительно меня) помощь и утешение этого света из его миллионов благ я был навечно благодарен Пророку Мухаммаду (Мир Ему и Благо), так как:
Этот взгляд беспечности (забыв Творца), показывая, что эти благословенные, милые создания, явившись в никчёмную, бесцельную пору и шевелясь не от радости, а будто бы трепеща от смерти и разлуки, уходят в небытие, настолько задел такие мои чувства (как и у всех), как жажда вечности, любовь к красоте, сострадание к себе подобным, к жизни, что едва не обратил такой мир в некий духовный ад, и разум - в некое орудие пытки. Но в это время свет, принесённый как дар человечеству Пророком Мухаммадом (Мир Ему и Благо), открыл завесу и показал, что вместо уничтожения, небытия, никчёмности, бессмыслицы, разлуки имеется столько мудростей и смыслов, сколько существует листьев у каждого из тех тополей, и, как доказано в "Рисале-и Нур", у этих созданий имеются цели и назначения, которые делятся на три части:
Первая часть обращена к Именам Величественного Творца. Например, если какой-нибудь мастер сделает некую дивную машину, все, хваля его ("Машааллах", "Баракаллах"), будут выражать своё восхищение. Так же и сама та машина, точно выполняя требуемое от неё, своим состоянием будет поздравлять своего мастера, восхищаться им. Каждое живое существо и каждое создание является такого рода машиной, восхищающейся своим Мастером.
Вторая же часть их смыслов относится ко взгляду живых существ и разумных созданий, является для них неким приятным объектом изучения, некой книгой познания. Оставив свои смыслы в сознании разумных существ и свои виды - в их памяти, в мире Мисаль и в книгах скрытого мира в сфере бытия, после этого уходят из этого видимого мира в скрытый. Стало быть, оставляя внешнее (материальное) тело, обретают множество нематериальных тел, существующих в духовном и скрытом мирах, в сознании.
Да, поскольку существует Аллах и Его знание всеобъемлюще, то, конечно же, в мире верующего человека, с точки зрения истины, не существует небытия, уничтожения, разрушения, гибели. Мир же неверующего человека полон небытия, разлук, тленности и гибели. Вот как поучает этой истине общеизвестная поговорка: "Для кого Аллах есть, для того всё есть, а для кого Его нет, для того ничего нет".
Подобно тому, как вера (иман) при смерти человека спасает его от уничтожения навечно, так же она спасает и личный мир каждого человека от уничтожения и мраков небытия. Безверие же, и особенно, если абсолютное, смертью уничтожая и самого человека, и его личный мир, бросает его во мрак духовного ада, обращает радости жизни в горькие яды. Пусть это звенит в ушах тех, кто предпочёл эту мирскую жизнь своей будущей вечной жизни. Пусть или найдут способ избавления от этого, или же придут к вере, избавятся от этой страшной потери!..